УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА МОШЕННИЧЕСТВО

Введение

Анализ современной криминальной ситуации в России свидетельствует о том, что степень распространенности экономических преступлений напрямую влияет на общий уровень преступности, провоцируя заказные убийства, взрывы, поджоги, другие насильственные действия, связанные с перераспределением собственности, установлением и переделом сфер влияния.

Мошенничество известно истории российского права уже достаточно долгое время. Вместе с тем, в последнее время в российской прессе публикуются статьи о появлении новых видов преступных деяний, которые не вписываются в стандартные рамки Уголовного кодекса Российской Федерации.

Мошенничество, то есть совершение преступления, скрываясь при этом под вуалью законного бизнеса, опасно ничуть не менее, чем грабежи и разбои. Во-первых, по­терпевший так же безоружен перед мошенником, как связанная по рукам и ногам жертва. Мошенник в от­личие от грабителя и разбойника обезоруживает по­терпевшего не физически, а морально. Во-вторых, мо­шенничество имеет очень высокую степень латентности; зарегистрированные преступления — лишь малая верхушка айсберга. Мошенничество «изящно» и почти не оставляет следов: волеизъявления потерпевшего и преступника внешне совпадают, мошенническая сдел­ка имеет вид обычного договора и маскируется под гражданское правоотношение. Общественную опас­ность деянию придаст неправильное восприятие. По­терпевший неправильно понимает сущность сделки, умысел контрагента-мошенника. Понятно, что пре­ступление, состав которого связан со столь неочевид­ными обстоятельствами, легко может остаться нерас­крытым.[1]

Специфика современной проблема­тики борьбы с мошенничеством в России определяется не только уско­ренным обновлением типичных форм мошенничества, но и чрезвычайно быстрым ростом его общественной опасности. Использование новых ин­формационных технологий позволяет в течение нескольких минут путем обма­на похитить имущество сотен тысяч физических и юридических лиц на миллиарды рублей.

Наиболее высокий темп роста числа зарегистрированных  мошенничеств был в 1991-1995 гг. (около 300%). Их число продолжало расти до середины 1998 г., когда в результате общего дефолта экономическая активность насе­ления и коммерческих организаций снизилась в несколько раз. Несмотря на возобновление в конце 1999 — нача­ле 2000 г. тенденции к росту числа регистрируемых мошенничеств (напри­мер, в 1999 г. по сравнению с преды­дущим годом увеличилось на 9%), ак­тивность по выявлению рассматрива­емого преступления снизилась. Коли­чество раскрытых квалифицированных мошенничеств за 2001 г. в целом по России сократилось на 2,1%.

Вместе с тем хотелось бы подчерк­нуть, что чрезвычайно высокий уровень латентности мошенничества, по наше­му мнению, не позволяет с увереннос­тью судить не только о реальном объе­ме общественно опасных деяний, со­держащих признаки мошенничества, но и о реальных тенденциях в измене­нии количественных и качественных показателей данного вида преступлений.[2]

Выбранная тема интересна автору тем, что субъективная сторона, если можно так сказать, больше основана на интеллектуальной составляющей, чем просто на родившемся умысле. Мошенники – люди творческие. Им необходимо не только совершить преступление, но и заранее спланировать и организовать такой спектакль, чтобы остальные решили, что всё делается в рамках и в соответствии с законом. Это одна из причин, почему для написания дипломной работы была выбрана именно эта тема. Другой причиной является простой интерес к разделу в Уголовном кодексе «Преступления против собственности».

Цель исследования данной дипломной работы – исследовать проблемы квалификации мошенничества на современном этапе развития уголовного  законодательства РФ.

Для достижения указанной цели автор сформулировал ряд задач, а именно:

  • Совершить небольшой экскурс в историю законодательства, посвящённого мошенничеству;
  • Дать определение мошенничества, основываясь при этом как на статье 159 УК РФ, так и на теоретических разработках авторов, посвятивших свои труды изучению данной темы;
  • Раскрыть субъективные и объективные признаки мошенничества;
  • Охарактеризовать квалифицированные составы данного преступления;
  • Привести примеры из практики;
  • Перечислить составы, от которых следует отграничить мошенничество, и ряд из них рассмотреть более подробно.

Актуальность проблемы определяется пониманием огромной отрицательной значимости невнимания к проблеме мошенничества в условиях формирования рыночных отношений в России. По данным американских исследователей, тридцать процентов всех случаев краха предприятий в США вызваны действиями мошенников. Мошенничество лидирует в сфере незаконного перераспределения собственности. При этом характерна тенденция к возрастанию доли доходов от «интеллектуальных» преступлений.

Данная дипломная работа выполнена на материале как нормативных источников, которыми в первую очередь являются Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996г., Уголовно-процессуальный кодекс от 18.12.2001г., Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г., а также Федеральный закон Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации»» от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ и т.д., так и авторских статей, монографий, авторами которых являются такие учёные-юристы, как  Безверхов А.,  Ветров Н. И., Гаухман Л. Д., Жариков Е., Лимонов В., Щепалов С., Юрин В. и др.

Работа состоит из трёх глав. Первая глава раскрывает сущность самого понятия «мошенничество», перечисляются средства и формы мошенничества, а также освещаются его корни. Вторая глава уже непосредственно переходит к анализу состава данного преступления, а также к раскрытию признаков мошенничества. И глава третья рассказывает о том, с какими составами можно спутать мошенничество и по каким признакам можно отграничить некоторые из них друг от друга.

При написании данной работы автором были исследованы как законодательные источники, посвящённые указанной теме, так и теоретические. В конце работы был сделан ряд выводов и обобщений.

Приступая к освещению данной темы, автор надеется дать наиболее подробную и полную характеристику понятия «мошенничество», а также его составляющих.

Глава 1

Понятие  и место мошенничества в преступлениях против собственности

§ 1 Развитие понятия «мошенничество» в отечественном праве

В истории отечественного права ни Русская Правда, ни Псковская судная грамота, ни другие ранние па­мятники русского права не упоминали о мошенничестве. Ис­следователи истории русского права отмечают: «Мошенни­чество, как похищение чужих вещей посредством обмана, не отмечено в древнейших законах». Это объясняется тем об­стоятельством, что имущественные обманы не известны обществу с традиционной экономикой на ранней стадии его развития и остаются нетипичными для него даже на более поздних этапах его функционирования.

Уголовно-правовые нормы об обманах в имущественной сфере — плод более развитого экономического состояния общества в сравнении с нормами о других имущественных преступлениях. Указанные посягательства появляются и получают распространение по мере развития договорных отношений, экономическую основу которых составляют глу­бокое общественное разделение труда, господство обмена и товарно-денежных отношений, развитие торговли и иных ат­рибутов товарного хозяйства. «Уголовно-преступный имуще­ственный обман, — писал И.Я Фойницкий, — начинает появ­ляться в летописях русского законодательства с тех только пор, когда имущественный оборот нашего общества достиг той степени развития, на которой для него необходимо вза­имное доверие, врываясь последовательно в различные от­ношения по степени этой необходимости. Такие области обо­рота как торг золотыми и серебряными товарами или как торг на общественных рынках, настоятельно требовавший правдивости в мерах и весах, послужил для него входной дверью в нашу юридическую жизнь. Затем он последовательно и очень медленно проникал в те отдельные отношения, на которые указывали развивавшиеся общественные отноше­ния — в продажу чужого или проданного уже недвижимого имения, потом вобрал в себя обмер и обвес, обманы в каче­стве и т.д.

В отечественном законодательстве нормы о мошенни­честве формируются постепенно, начиная со второй поло­вины XVI века. По утверждению Лохвицкого, «мошенничество появляется позже кражи; в нашем законодательстве оно встречается в первый раз в Судебнике царя Ивана Василье­вича, именно потому, что обман, хитрость не свойственны быту патриархальному, они показывают в преступнике ум­ственную ловкость Действительно, первое указание на имущественный обман в виде мошенничества дается в ст. 5в Судебника 1550 года Ивана Грозного: «А мошеннику та же казнь, что и татю, а обманщика бити кнутьем». Этот законодательный акт отождествляет мошенничество с татьбой, совершенной впервые, через столетие Соборное Уложение 1649 года в своей статье 11 главы XXI повторяет положение Судебника о мошенничестве: «Да и мошенником чинить тот же указ, что указано чинить татем за первую татьбу (бить кнутом, отрезать левое ухо и посадить в тюрьму на два года). Между тем само понятие мошенничество в названных за­конодательных актах не определялось. По мнению некото­рых дореволюционных юристов, в прежние времена под мо­шенничеством понимается хищение мошны или из мошны, т.е. карманная кража. По мнению В.В. Есипова, мошенниче­ство в Соборном Уложении означало обманное, ловкое (иног­да внезапное) хищение чужого имущества: наказание за мо­шенничество было одинаково с наказанием за кражу.

Воинские артикулы Петра 1 вовсе не упоминают о мошенничестве. Как свидетельствуют историки, в петровские времена формы хищения, сопряженные с обманом, обычно охватывались понятием кражи.

Впервые законодательное определение мошенничества было дано в указе Екатерины II от 1781 года «О разных видах воровства и какие за них наказание чинит». Примечательно само определение мошенничества. Воровством-мошенниче­ством называется, когда кто на торгу или в ином многолюд­ном месте у кого из кармана что вынет, или обманом, или вымыслом, или внезапно у кого что отнимет, или унесет, или от платья полу отрежет, или позумент спорет, или шапку со­рвет, или купит что и не заплатив денег скроется, или обма­ном или вымыслом продаст, или отдаст поддельное за насто­ящее или весом или мерою обмерит, или что подобное обманом или вымыслом себе присвоит без воли и согласия хозяина. Ценность этого определения состоит в том, что в нем упоминается, хотя и в качестве альтернативного, такой сущностный признак этого преступления, как обман.

В XIX веке в Своде законов Российской империи 1830 г. почти дословно повторяется понятие этой формы хищения из положений Указа 1781 года. В этой связи Н С. Таганцев писал: «Определение «Свод» нельзя назвать определением мошенничества в строгом смысле, потому что Свод груп­пировал под именем мошенничества в высшей степени раз­нообразные и по существу своему почти не имеющие меж­ду собой ничего общего преступления против собственности на основании лишь одного внешнего признака их, именно маловажности».

Таким образом, законодатель долгое время не проводил строгого отграничения мошенничества от таких имуществен­ных преступлений, как кража и грабеж. Мошенничество на­чиная со второй половины XVI века и вплоть до XIX века рассматривалось как вид кражи или иных форм хищений, соединенных с хитрым, коварным изъятием чужого имуще­ства и изворотливостью со стороны виновного Понятием мошенничества обычно охватывались и ловкие» кражи, и внезапное открытое хищение чужого имущества, рассчитан­ное на быстроту действий виновного, и завладение чужим имуществом путем обмана. Как замечал Л.С. Белогриц-Котляревский, к воровству-мошенничеству отнесены карман­ная кража, а также срывание шапок, вообще внезапное хи­щение чужого имущества, достигаемое не столько обманом, сколько ловкостью. «Есть основания думать, — продолжал этот ученый-юрист, — что ловкая кража, главным образом карманная, в народных правовых воззрениях XVIII века отме­чалась именем мошенничества. Так, известный Ванька Каин в челобитной, поданной князю Кропоткину, писал; «Будучи на Москве и в прочих городах мошеиничествовал денно и ночно: будучи в церквях и в разных местах… из карманов деньги, платки всякие, кошельки, часы, ножи и прочее вынимал.

В советском уголовном законодательстве понятие мо­шенничества подверглось серьезным трансформациям. Дело в том, что имущественные обманы не имели распространен­ного характера в условиях плановой экономики и остаются немногочисленными независимо от модели командного хо­зяйства. Это обстоятельство вполне объяснимо, если при­нять во внимание особенности указанного типа экономичес­кой системы. Характерной чертой плановой экономики является отрицание частной собственности на средства про­изводства. Это, как известно, приводит к слиянию собствен­ности и власти Огосударствление хозяйственных отноше­ний влечет, в свою очередь, ограничение экономического оборота, замедление процесса обмена имущественных благ и свертывание договорных отношений. С уменьшением чис­ла и объема сделок, заключаемых на рынках страны, значи­тельно падает уровень имущественных обманов. Другими словами, сокращение товарного обмена, снижение его ин­тенсивности ограничивает возможность распространения обманов в имущественной сфере.

По УК 1922 года мошенничеством признавалось получе­ние с корыстной целью имущества или права на имущество посредством злоупотребления доверием или обмана (ст. 187). Как видно, по предмету понятие мошенничества значитель­но сужалось между тем по объективной стороне оно полу­чило весьма «размашистое» определение, впервые включая в себя не только обман, но и злоупотребление доверием. С тех пор в отечественном уголовном праве злоупотребление доверием стало рассматриваться как частный случай мо­шенничества, и, соответственно, понятие мошенничества стало трактоваться нетрадиционно широко.

В УК 1928 года мошенничество определялось как зло­употребление доверием или обман в целях получения иму­щества или права на имущество или иных личных выгод (ст. 189). Данное понятие мошенничества обращает на себя вни­мание тем. что широко (в традициях русской уголовно-правовой доктрины конца Х1Х-начала XX вв.) определяет пред­мет мошенничества как любую имущественную выгоду.

При плановом хозяйстве имущественные обманы пора­жают исключительно область отношений собственности, т.е. только один из видов имущественных связей. Поэтому об­щественно опасным и уголовно наказуемым признается иму­щественный обман, посягающий на собственность как эко­номический институт и правовое явление. При этом планово-хозяйственные отношения предполагают строгую дифференциацию ответственности за имущественные пре­ступления в зависимости от формы собственности, на кото­рую они посягают. Преступления против государственной и общественной собственности рассматриваются в рамках данного экономического порядка как более тяжкие имуще­ственные правонарушения. В этой связи УК 1960 года знает два понятия мошенничества: (1) мошенничество как преступ­ление против «социалистической» собственности и (2) мо­шенничество как преступление против личной собственнос­ти граждан. Как видно, основания ответственности за мошенничество различны и зависят от формы собственнос­ти, на которую оно посягает. В первом случае под мошенни­ком действующим чужом имущественном интересе на ос­новании доверенности, договора, иного указания или заранее обещанного согласия, с целью получения выгоды для себя или других лиц либо причинения ущерба доверителю (представля­емому) или другим лицам. Одним из специальных видов тако­го имущественного посягательства является злонамеренное соглашение представителя одной стороны с другой стороной в целях причинения ущерба представляемому (стачка с про­тивной стороной’ Очевидно, что уголовно-правовые нормы о злоупотреблении доверием призваны обеспечить охрану, прежде всего, договорным правоотношениям с участием пред­ставителей от различного рода нарушений последними усло­вий сделок путем злоупотребления, сопряженного с извлече­нием имущественных выгод без изъятия чужого имущества или (и) причинением имущественного вреда без уничтожения или повреждения чужого имущества.

Во-вторых, подлежит пересмотру система норм УК об имущественных обманах. В этой связи выявляется несколь­ко вариантов такой систематизации. Остановимся на двух из них. Первый — это объединение всех норм об имуществен­ных обманах в видовое понятие мошенничества (предметом которого выступает в данном случае любая имущественная выгода), и на основании этого правового понятия (общей нор­мы) выделение отдельных видов мошенничества (специаль­ных норм) по предмету посягательства и (или) содержанию преступного действия,

Другой вариант (более традиционный) — это выделения наряду с общей нормой о мошенничестве других общих норм об имущественном обмане, отличающихся от мошенниче­ства по предмету или характеру последствий. В данном слу­чае наиболее правильным представляется строгое разли­чение мошеннического и иных имущественных обманов в зависимости от предмета посягательства. В этой связи уго­ловный закон должен признать мошенничеством хищение чужого движимого имущества, совершенное путем обмана. Приобретение путем обмана имущественного права (как вещного, так и обязательственного характера) может охва­тываться понятием мошенничества, а может составлять самостоятельный вид имущественного обмана. Это пре­ступное деяние, как и хищение путем обмана, связано с причинением другому лицу имущественного ущерба. Одна­ко в отличие от последнего оно состоит не в завладении чужими вещами, а в получении выгоды в виде имуществен­ных прав (например, приобретение права собственности, безвозмездного пользования чужим имуществом: склоне­ние потерпевшего к уступке требования). Среди квалифи­цированных видов этого преступления целесообразно пре­дусмотреть приобретение или ограничение (обременение) права на недвижимое имущество либо совершение сделки или иных действий с ним (продажа, обмен, аренда, передача в залог и пр.) путем обмана. Наконец, особо следует пре­дусмотреть ответственность за разновидность обманов, совершаемых с целью неисполнения имущественных обя­зательств, избавления от материальных затрат, сбереже­ния собственного имущества за счет другого лица. Эти об­щественно опасные деяния выражаются в получении путем обмана имущественных выгод, не связанных с передачей имущества или приобретением имущественного права. К таким правонарушениям, в частности, следует отнести: неправомерное безвозмездное пользование чужим имуще­ством путем обмана: незаконное безвозмездное получение результата работ путем обмана: противоправное безвоз­мездное пользование услугами (медицинскими, аудиторс­кими, консультационными, информационными и иными) путем обмана: перевод долга путем обмана: склонение по­терпевшего путем обмана к отсрочке или рассрочке плате­жей либо скидке с долгов: другие виды незаконного обога­щения путем обмана.

В любом случае заслуживает обсуждения вопрос об обес­печении с помощью специальных уголовно-правовых норм об имущественных обманах повышенной охраны отдельных видов договорных отношений (например, банковского вкла­да, банковского счета, страхования, доверительного управ­ления имуществом, коммерческой концессии), а также ин­формации, находящейся в обороте (т.е. являющейся товаром и имеющей стоимость).[3]

§ 2  Общая характеристика и виды преступлений против собственности

Собственность — это исторически определенная общественная форма присвоения материальных благ, прежде всего, средств производства. Характером собственности на средства производства определяется тип производственных отношений. Представляя собой экономическую основу любого общества, собственность является социальной ценностью, защищаемой в каждом государстве различными отраслями законодательства, в том числе уголовным законом[4].

Российской Федерации, гаран­тирующая стабильность отношений собственности, обеспечение ус­ловий их развития и равную защиту всех ее форм. Собственность в Российской Федерации Основу законодательного регулирования правовой защиты соб­ственности составляет Конституция выступает в форме частной, государственной, муниципальной собственности, а также собственности общественных объединений (организаций). В России может существовать также соб­ственность иностранных государств, международных организаций, иностранных юридических лиц и граждан, лиц без гражданства: Со­гласно Конституции, могут устанавливаться и иные формы собствен­ности. В частности, допускается объединение имущества, находяще­гося в собственности граждан и юридических лиц, и образование на этой основе собственности совместных предприятий с участием рос­сийских юридических лиц и граждан и иностранных юридических лиц и граждан.

Преступления против собственности включены в раздел VIII УК 1996г. (гл. 21) наряду с преступлениями в сфере экономической деятель­ности (гл. 22 УК) и преступлениями против интересов службы в ком­мерческих и иных организациях (гл. 23 УК). В основе объединения этих посягательств лежит родовой объект — общественные отноше­ния, обеспечивающие нормальное функционирование экономики как единого народнохозяйственного комплекса. Распределение преступ­лений в сфере экономики по трем самостоятельным главам законо­датель проводит с учетом их видового объекта — общественных от­ношений в определенных сферах экономики.

Видовым объектом преступлений против собственности являются отношения собственности, включающие права собственника по вла­дению, пользованию и распоряжению своим имуществом, а также права лица, хотя и не являющегося собственником, но владеющего имуществом на праве хозяйственного ведения, оперативного управ­ления либо по иному основанию, предусмотренному законом или иным правовым актом.

В собственности могут находиться предприятия, имущественные комплексы, земельные участки, горные стволы, здания, сооружения, оборудование, сырье и материалы, деньги, ценные бумаги и другое имущество производственного, потребительского, социального, куль­турного и иного назначения.

Вещи, являющиеся предметом преступлений против собственнос­ти, должны определяться числом, весом, мерой или обладать инди­видуальными признаками, например, являться предметами, имеющи­ми особую ценность (ст. 164 УК) либо иметь специальное назначение (ст. 166 УК).

Предметом посягательств на собственность обычно является дви­жимое имущество (деньги, ценные бумаги, предметы обихода и лич­ного потребления, транспортные средства, акции, облигации, прива­тизационные чеки, валюта других государств и др.). Однако при со­вершении мошенничества, вымогательства и уничтожения или по­вреждения имущества предметом посягательства может быть и не­движимость, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно (здания, сооружения, многолет­ние насаждения и т.п.).

Ответственность за преступления против собственности возмож­на лишь при условии, что предмет посягательства не принадлежит виновному, является для него чужим. Пленум Верховного Суда Рос­сийской Федерации в постановлении «О неко­торых вопросах применения судами законодательства об ответствен­ности за преступления против собственности» разъяснил, что чужим является имущество, не находящееся в собственности или законном владении виновного[5].

Имущество может находиться в собственности граждан и юриди­ческих лиц, а также Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Законом определяются виды имущества, которые могут находиться только в государственной или муниципальной собственности. Права всех собственников защи­щаются равным образом.

Предметом преступлений против собственности не могут быть радиоактивные материалы, оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, взрывные устройства, а также наркотические средства или психотроп­ные вещества. Хищение либо вымогательство этих предметов отне­сены по соображениям общественной безопасности и охраны здоровья населения к иным разделам и главам УК (ст. 221, 226, 229). Нельзя признавать предметом преступлений против собственности докумен­ты, не обладающие экономической ценностью (паспорт, диплом об образовании, трудовая книжка, удостоверение личности и т.п.). По­хищение, уничтожение или повреждение таких документов из корыст­ной или иной личной заинтересованности рассматриваются как пре­ступление против порядка управления (ст. 325 УК). К предметам пре­ступлений против собственности не могут быть отнесены объекты интеллектуальной собственности, поскольку они нематериальны и не обладают признаком вещи. Незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности при определенных условиях может квалифицироваться по соответствующим статьям, предусматриваю­щим ответственность за преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина.

Преступления против собственности являются наиболее распро­страненным видом общественно опасных деяний. Преступления против собственности с учетом сходства и различий в их объективных и субъективных признаках могут быть сгруппиро­ваны следующим образом:

1) хищение чужого имущества, совершенное путем кражи (ст. 158 УК), мошенничества (ст. 159 УК), присвоения или растраты (ст. 160 УК), грабежа (ст. 161 УК), разбоя (ст. 162 УК); хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК);

2)  причинение имущественного или иного ущерба, не связанное с хищением. В эту группу включается вымогательство (ст. 163 УК), причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотреб­ления доверием (ст. 165 УК), неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК);

3)   умышленное   уничтожение   или   повреждение   имущества (ст. 167 УК) и уничтожение или повреждение имущества по неосто­рожности (ст. 168 УК)[6].

§ 3 Понятие мошенничества

Понятие мошенничества дано в ч.1 ст. 159 УК: «Мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием».

При мошенничестве виновный с целью завладения чужим имуществом или правом на него использует обман лица, в собственности, владении или ведении которого находится имущество, в результате чего это лицо, будучи введенным в заблуждение, добровольно передает имущество виновному.

Предметом мошенничества выступает как чужое движимое или недвижимое имущество, так и право на чужое движимое имущество. Как и при краже, при мошенничестве субъект не имеет ни реального, ни предполагаемого права на изымаемые материальные ценности и до изъятия они не находятся в его владении.[7]

Особенностью мошенничества является то, что виновный может завладеть правом, как на осязаемое, так и на неосязаемое имущество (т.е. имущество, не имеющее определенного объемного выражения, не воспринимаемое зрительно или с помощью тактильной чувствительности – например, отдельные виды энергии, радиоволны определенной частоты и т.д.).

В. Лимонов, соискатель Академии управления МВД РФ, отмечает, что приобретение права на чужое имущество – это особая разновидность мошенничества. «Это деяние, —  указывает он, — не является хищением, так как не связано с изъятием и (или) обращением в пользу виновного или других лиц чужого имущества. Специфика этой разновидности мошенничества заключается в том, что лицо, ее совершающее, путем обмана или злоупотребления доверием не завладевает имуществом, а лишь приобретает право на него».[8]

С позиции уголовного права приобретение права на имущество не равнозначно приобретению имущества. Обладатель права на имущество для того, чтобы реализовать это право, т.е. приобрести имущество, должен совершить еще другие, дополнительные действия. Лицу, приобретшему право на имущество противоправно, в том числе путем обмана или злоупотребления доверием, собственник или иной владелец данного имущества может воспрепятствовать в реализации этого права посредством обращения в правоохранительные или иные государственные органы.

Отмеченное обосновывает определение рассматриваемой разновидности мошенничества как совершенного с корыстной целью противоправного безвозмездного приобретения права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, создающего реальную возможность причинения ущерба собственнику или иному владельцу соответствующего имущества.

В начале данной главы шла речь о предмете мошенничества. Некоторые правоведы отмечают несколько либеральное толкование предмета мошенничества (И. Клепицкий, например). Праву развитых государств, а также старому русскому праву не свойственно такое толкование. Приведем пример.

Уголовное Уложение 1903 года, содержало три конкурирующие нормы о мошенничестве: мошенническое похищение имущества, торговый обман и обманы в обязательствах.

Законодательства «германской семьи» вовсе отказываются от указания на предмет мошенничества, определяя это преступление как совершенный с целью личного обогащения или обогащения другого лица обман, причинивший имущественный ущерб.

Английские законы о краже 1968 и 1978 гг. определяют мошенничество в виде сложной системы преступлений, включающей завладение имуществом  путем обмана (причем «имущество» как предмет этого преступления включает права требования, права на результаты творческой деятельности и другое «неосязаемое имущество»), получение услуг путем обмана, уклонение от исполнения обязательств путем обмана, получение денежной выгоды путем обмана и т.д.

Сходным образом (но в одной статье) решается задача криминализации мошенничества и в новом французском уголовном кодексе.

Существует в принципе две области, в которых необходима защита от мошенничества. Первая – это организации (предприятия, фирмы, корпорации, компании…). Второе – отдельные люди. В развитых странах в организациях для предотвращения внутреннего мошенничества (со стороны сотрудников) и для предупреждения мошеннических акций деловых партнеров применяются целые системы программирования защиты организаций от мошенничества. Важнейшим среди элементов этого программирования является создание фильтра в службах персонала и такая организация работы, которая делает прозрачной любые отклонения в работе от закона.

§ 4 Способы совершения мошенничества

Первый способ мошеннического хищения имущества – обман.

Обман в юридической литературе определяется как «сознательное искажение истины (активный обман) или умолчание об истине, состоящее в сокрытии фактов или обстоятельств, которые при добросовестном и соответствующем закону совершении имущественной сделки должны быть сообщены (пассивный обман)»4.

Итак, активный обман состоит в преднамеренном введении в заблуждение собственника или иного владельца имущества посредством сообщения ложных сведений, представления подложных документов и иных действий, создающих у названного лица ошибочное представление об основаниях  перехода  имущества  во владение виновного и порождающих у него иллюзию законности передачи имущества.

Пассивный же обман заключается в умолчании о юридически значимых фактических обстоятельствах, сообщить которые виновный был обязан, в результате чего лицо, передающее имущество, заблуждается относительно наличия законных оснований для передачи виновному имущества или права на него.

Обман при мошенничестве может касаться любых обстоятельств. Он может относиться как к фактам, имеющим место в настоящем, так и к фактам, событиям прошедшего или будущего времени.

При мошенничестве, совершаемом с использованием обмана, относящегося к тем или иным фактам, лицо ссылается на несуществующие и искажает действительные факты либо  умалчивает  об  их   существовании. Для иллюстрации сказанного приведем   некоторые примеры: лицо ложно сообщает жене  сослуживца  о  том,  что  последний  якобы  срочно  направлен в командировку в другой город и под этим  предлогом  предлагает  женщине передать   для   мужа   деньги,  теплые  вещи,  которыми  это  лицо  и завладевает;  виновный  для  завладения  деньгами  предлагает  матери арестованного   передать   их   через   него,  якобы,  следователю  за освобождение сына от уголовной  ответственности;  субъект  получает  с будущих пациентов   предоплату,   якобы   за   предстоящий   широко разрекламированный  курс  лечения  и  вместе  с  полученными  деньгами скрывается.

В судебной практике часто встречаются мошеннические действия, совершаемые с использованием обмана, относящегося к тем или иным предметам. Обман этого вида относится к количеству или качеству предложенных вещей: виновный передает потерпевшему имущество, но в меньшем количестве, чем было условлено; с потерпевшим за проданный товар мошенник рассчитывается не деньгами, а пачкой бумаги (так называемой «куклой»); музею продают вместо ценной картины ее копию. Ярким примером обмана, относящегося к предмету, является эпизод фильма «Влюблен по собственному желанию», где главная героиня фильма покупает с рук кофту в универмаге, на лестнице, кофту незаметно подменивают на рваную тряпку, а обман обнаруживается лишь дома.

Мошеннический обман может относиться также к юридической характеристике предмета, а именно к принадлежности имущества, к объему прав на него у данного лица. Таким, например, является случай, когда лицо продает не принадлежащее ему имущество, выдавая его за свое, либо продает заложенную квартиру или выдает доверенность с правом продажи на владение автомобилем, принадлежащем его родственникам.

Возможен обман и в обстоятельствах, относящихся к самому виновному: лицо выдает себя за того, которым он в действительности не является или за кого его принимают. Например, лицо выдает себя за родственника человека, для которого виновному на этом основании передается имущество; под видом представителей власти мошенник производит обыск с изъятием и обращением в свою пользу принадлежащих потерпевшим ценностей. Распространенным средством обмана при мошенничестве является использование форменного обмундирования лицом, не имеющим права его ношения, и получение им таким образом с граждан каких-либо ценностей (сборов, штрафов).

Мошенничество, состоящее в обманном приобретении права на имущество, в последние годы получили широкое распространение.

Второй способ мошеннического хищения имущества – злоупотребление доверием.

Злоупотребление доверием – «использование виновным  доверительного отношения к нему потерпевшего во вред последнему»5.

Виновный в целях незаконного завладения чужим имуществом или незаконного получения права на него использует особые доверительные отношения, сложившиеся между ним и лицом, которое является собственником либо иным владельцем этого имущества. Конкретными проявлениями такого способа мошенничества являются, например, преднамеренное невыполнение принятых виновным на себя обязательств (невозвращение взятого напрокат имущества; невыполнение работы в счет взятого аванса; невозвращение долга и т.п.).

При злоупотреблении доверием, как и при обмане, складывается ситуация, когда собственник или иной владелец имущества, будучи введенным в заблуждение, сам передает имущество мошеннику, полагая, что для этого имеются законные основания. Этот акт внешне добровольной передачи имущества означает не просто фактический переход имущества в руки виновного, но и получение им определенных возможностей по использованию имущества или распоряжению им. Поэтому не является мошенничеством хищение чужого имущества, которое не было передано виновному, а было доверено ему, например, для временного присмотра.

 

§ 5 Формы и средства мошеннического обмана

 

Большая часть мошеннических способов присвоения чужого имущества известна уже многие десятилетия. Формы и средства могут быть самыми разнообразными.

Приведем несколько примеров.

«Банковский ревизор» — кто-то, делающий вид, что он сотрудник банка, агент налоговой службы или иной сотрудник правоохранительного органа просит вашей помощи (лично или по  телефону)  для  разоблачения нечестного банковского служащего. Для этой цели вы должны снять деньги со своего  счета  и  передать  их ему, чтобы он мог записать серийные номера или пометить банкноты. Вы это  делаете  и  с  тех  пор  никогда больше своих денег не видите.

«Находка» — пара незнакомцев рассказывает вам, что они нашли крупную сумму денег или другие ценности. Они говорят, что разделят с вами свою находку, но она по каким-то причинам не делится на три равные части и если вы вложите некоторую долю, то можно будет легко разойтись. Вы отдаете им вашу наличность и больше не видите ни денег, ни «партнеров по счастливому бизнесу».

«Пирамида» — кто-то предлагает вам вложить деньги в многообещающую компанию, которая выплачивает крупные дивиденды. Как правило, первоначальным инвесторам выплачивают за счет последующих, однако вскоре пыл инвесторов истощается и пирамида рушится.

«Работа на дому» — объявление в газете обещает вам хороший доход за исполнение неквалифицированной работы на дому (например, раскладка материалов в конверты). Авторы этой махинации делают упор на легкий труд, удобство и высокую почасовую оплату. После того, как вы заплатите за рабочие материалы или за книгу с инструкциями, чтобы начать работу, вы вдруг осознаете, что для ваших услуг или продуктов, которые вы должны производить на дому, не существует рынка. Нанявшая вас фирма «терпит финансовый крах» и нет никаких способов вернуть ваши деньги.

«Получение авансового платежа за дорогостоящую покупку» — вам предлагают сегодня внести некую часть платежа (обычно 20-30%) за дорогостоящую покупку, например, автомобиль, а остальную сумму можно вносить отдельными частями в течение длительного времени, но товар получите только тогда, когда внесете не менее 70% от его стоимости. Обычно к этому времени фирма успевает либо обанкротиться, либо просто исчезнуть.

«Запланированное банкротство»6 — лжебанкротство, незаконное расхищение товара, базирующееся на злоупотреблении кредитом, полученным легальным или мошенническим путем. Мошенническая операция состоит из закупки излишнего товара в кредит; продажи или другого способа сбыта приобретенного в кредит товара; утаивания выручек от сбыта товара; неуплаты кредиторам, и, наконец, подачи заявления о вынужденном банкротстве. Большинство запланированных банкротств встречается в сфере продажи товаров широкого потребления, пользующихся большим рыночным спросом, и которые могут быть приобретены или проданы в больших количествах, но не привлекая к этому большого внимания. В основе операции лежит сначала получение кредитов и затем злоупотребление ими. Для получения кредита мошенники используют фальшивые финансовые отчеты и подтасованные данные о платежах поставщиками.

Глава 2

Элементы состава мошенничества и его квалифицирующие признаки

§ 1 Объект преступления

Как известно, объектом всякого преступления являются общественные отношения, в которых опосредуются определенные блага, интересы людей, а  также общественные и государственные интересы.

Родовой объект — это однородные общественные отношения, на которые посягают преступления, предусмотренные нормами, со­держащимися в одной главе Особенной части УК.

Родовым объектом преступлений против собственности является собственность, независимо от ее формы, или от­ношения собственности. В теории уголовного права под родовым объектом преступлений понимается «группа од­нородных общественных отношений, на которые посягают преступления, предусмотренные статьями, заключенными в одну и ту же главу Особенной части УК»

Признание родовым объектом преступлений против собственности именно общественных отношений соб­ственности, а не права собственности и не правоотноше­ний собственности, обосновывается тем, что общественные отношения первичны и нарушаются преступлениями, в ко­нечном счете, тогда как указанные право и правоотноше­ния — вторичны и нарушаются как бы «попутно». Объек­том же преступления признается та субстанция, «на кото­рую преступление посягает, в конечном счете. Такой суб­станцией являются фактические общественные отношения, охраняемые уголовным законом»[9]. Право и правоотно­шения — это лишь правовая форма общественных отно­шений. В этой связи, например, завладение  лесом, заго­товленным бригадой рабочих предприятия, но не зачис­ленным формально на баланс этого предприятия,  т.е. до обретения предприятием права собственности на заго­товленный лес, квалифицируется как хищение имущества, а не как причинение имущественного ущерба собственнику путем обмана или злоупотребления доверием, поскольку в данном случае осуществлено посягательство на фактиче­ские отношения собственности, хотя право собственности не нарушено. Если бы объектом преступления являлись не фактические отношения собственности, а право собствен­ности, то содеянное в обрисованной ситуации следовало бы квалифицировать как причинение имущественного ущерба собственнику путем обмана или злоупотребления доверием, а не как хищение имущества.

Родовой объект — общественные отношения собствен­ности — являются единственным признаком, общим для всех преступлений против собственности. Признаки же, характеризующие другие элементы составов преступлений против собственности —  объективную и субъективную стороны и субъект, — существенно различаются. Неодина­ковы также признаки, свойственные предмету рассматри­ваемых преступлений.

Отмеченное позволяет определить преступления против собственности как общественно опасные деяния, пред­усмотренные нормами, объединенными в гл. 21 «Преступления против собственности» разд. VIII «Преступления в сфере экономики».[10]

Объект и предмет мошенничества полностью соответствует объекту и предмету хищения.

Видовым объектом мошенничества, является отношение собственности. В соответствии с гражданским кодексом Российской Федерации 1996 года собственность – это юридическая категория, правоотношения, возникающее между собственником имущества и всеми членами общества по поводу владения пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Именно право владения, пользования и распоряжения составляют суть отношений собственности, как непосредственного объекта уголовно-правовой охраны. Собственник, лишается возможности владеть, пользоваться, и распоряжаться своим имуществом, в том числе отчуждать его собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником право владения, пользования и распоряжения. В качестве непосредственного объекта при совершении мошенничества может выступать любая форма собственности, пострадавшая в данном случае[11].

§ 2 Субъект преступления

Под субъектом мошенничества понимают человека или группу людей, сознательно осуществляющих обман других людей ради незаконного получения ценностей объекта мошенничества. Последний является страдающей стороной в итоге мошеннического действия. Многие американские исследователи считают, что мошенником может стать каждый человек в определенных условиях. Такой подход практически бесплоден, т.к. в нем не учитываются личностные особенности человека, обусловливающие его предрасположенность (склонность) к мошенническому способу перераспределения собственности или прав на нее.

Е. Жариков в трактовке мошенника исходит из того, что успешным, т.е. таким, которого следует опасаться, может быть такой человек, который наделен определенным набором интеллектуально-психологических и этических свойств. В самой общей форме модель таких свойств содержит 6 элементов:

1)      Стремление быстро обогатиться без обычных трудовых усилий.

2)      Аттрактивность, как природой данная привлекательность, вызывающая доверие к данному человеку.

3)      Мощный комбинаторный интеллект, позволяющий строить модели поведения людей под влиянием внешних воздействий, прогнозировать их поведение и предусматривать меры для поддержания направления и характера их действий, соответствующих мошенническим замыслам.

4)      Эмпатия, как способность чувствовать, мыслить и хотеть так, как чувствуют, мыслят и хотят люди, намечаемые к роли жертв мошенников.

5)      Высоко развитое чувство превосходства, позволяющего действовать уверенно по отношению к людям, которые, по мнению субъекта аферы, «безусловно», стоят в интеллектуальном отношении намного ниже мошенника и поэтому позволяют себя обманывать.

Установка на такое нарушение законов, которое предусматривает возможность избегать разоблачения и наказания.[12]

Преступники этого типа – своего рода «артисты» преступного мира. Нередко они действуют в составе тесно сплоченных групп, где каждый из участников разыгрывает своего рода тщательно отрепетированную роль со своим «монологом», репликами и даже мизансценами в месте совершения преступления. В составе группы совершается примерно четвертая часть всех посягательств.  Мошенники изобретательны в махинациях, искусны в разработке методов обмана, тщательно, вплоть до мельчайших деталей, готовят намеченное преступление. По общему правилу, они коммуникабельны, изворотливы, быстро ориентируются в обстановке, умеют расположить к себе чересчур доверчивых граждан. Матерые мошенники, избравшие своим ремеслом завладение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием, представляют собой, по сути, некий тип  профессионального преступника, незаконный доход которого является основным или существенным источником существования. Из статистики о количестве лиц,  осужденных за мошенничество в Республике Мордовия за 1998 год видно, что   большинство, а именно 49 % лиц, осужденных за мошенничество, не имеют  определенных занятий или являются безработными, 23 % — рабочие, 10 % —  служащие коммерческих или иных организаций, 7 % — государственные или  муниципальные служащие, 2 % — частные предприниматели, 3 % — учащиеся и студенты, 4 %  — лица прочих занятий, 2 % — нетрудоспособные граждане. При этом 52 % мошенников имеют общее среднее образование; 25 % — высшее и неоконченное высшее; 20 % — среднее  специальное и 5 % — неполное среднее. Исходя из понятия субъекта преступления, необходимо, чтобы лицо, совершившее преступление, находилось во вменяемом состоянии. Следовательно, один  из признаков субъекта преступления – вменяемость. В этимологическом понимании вменяемость, синоним – «импутабельность» (imputabilitas — от латинского imputo —  вменять в вину, засчитывать), означает субъективную возможность лица нести  ответственность за совершенное им уголовно — наказуемое деяние.

Вменяемость – есть способность лица сознавать во время совершения преступления фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, обуславливающая возможность лица признаваться виновным и нести уголовную ответственность за содеянное, т. е. юридическая предпосылка вины и уголовной ответственности. Раскрывая понятие невменяемости, как отсутствие в момент совершения преступления способности у лица отдавать отчет в своих действиях и руководить ими, наука уголовного права пользуется двумя критериями: медицинским (биологическим) и юридическим (психологическим). Юридический критерий определяет суд, когда он дает оценку лицу, совершившему общественно опасное деяние, как не способному давать отчет в своих действиях или руководить ими. Медицинский критерий раскрывает причины этой неспособности: болезненное состояние психики человека, совершившего общественно — опасное деяние. Но не всякое болезненное состояние психики человека позволяет говорить о его невменяемости, а только то, которое мешает ему правильно оценить свои поступки. Таким образом, медицинский критерий должен обязательно сочетаться с юридическим. Только при этом условии лицо может быть признано невменяемым. Способность человека осознавать общественную значимость своего поведения и  понимать его фактическую сторону, руководить совершаемыми действиями, т. е. вменяемость, выступает как необходимое условие, непременная предпосылка его уголовной ответственности. Лицо, которое в момент совершения общественно — опасных  действий объективно находилось в состоянии невменяемости, не могло отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими, не может быть признано субъектом преступления и не подлежит уголовной ответственности и наказанию.

В следственной и судебной практике по борьбе с мошенничеством вопросы вменяемости возникают редко в силу самого характера тех действий, путем которых   оно совершается. Дело в том, что сегодняшняя обстановка в стране, в частности в экономике предъявляют «большие требования» к личности преступника. На данный момент прослеживается высокий уровень образования преступников, совершающих противозаконные деяния в экономической сфере, если рассмотреть такое преступление как мошенничество, то надо отдать должное преступникам при подготовке, совершении и сокрытии этого преступления. Они используют комбинированные способы. Сначала похищают товарно-материальные ценности и денежные средства, затем учиняют подлоги в документах. Имеют место комбинации и в обратном  порядке.

Следует отметить, что в современных условиях, расхитители приспосабливаются к новым формам и методам предпринимательской деятельности, учитывают специфику и конъюнктуру при формировании рыночных отношений и совершают преступления  с учетом изменяющейся обстановки. Криминальные элементы порой находятся в тесной взаимосвязи с работниками  госаппарата, руководителями банковских структур, других органов.

Вторым признаком субъекта преступления является достижение им возраста уголовной ответственности. Статья 20 УК РФ 1996 года устанавливает, что уголовной ответственности  подлежат лица, которым до совершения преступления исполнилось шестнадцать лет. По достижении этого возраста несовершеннолетние становятся дееспособными, они могут устраиваться на работу, им выдается паспорт. Таким образом, не только уголовное, но  и гражданское, трудовое и административное законодательство исходят из  того, что по достижении шестнадцати лет несовершеннолетний по уровню своего психологического  развития в состоянии действовать на основе здравого рассудка и вполне может осознавать общественно опасный характер своих действий и их возможные последствия. Можно считать, что наступление уголовной ответственности с шестнадцати лет и за мошенничество является достаточно обоснованным.

Вообще мошенничество как преступление требует от субъекта во многих случаях определенных знаний, умений, опыта. Такими качествами человек в шестнадцать лет может и не обладать. Но помимо крупных и сложных махинаций в обществе  продолжает совершаться и простые, «легкие» мошенничества, которые способен понять и осуществить несовершеннолетний в шестнадцать лет. Именно из этого исходил законодатель, устанавливая уголовную ответственность за мошенничество с шестнадцатилетнего возраста. Статистика в Республике Мордовия показывает, что большинство лиц, осужденных за мошенничество в 1998 году, а именно, 57 % совершили преступления в возрасте от 30 до 49 лет; 19 % — в возрасте от 25 до 29 лет; 15 % — в возрасте от 18 до 24 лет; 8 % — в возрасте от 50 и старше; и только 1 % — в возрасте до 18  лет.

Уголовный кодекс во многих своих нормах предусматривает уголовную ответственность не только для лиц, подпадающих под общие признаки субъекта преступления, т. е. достижение возраста и вменяемость, но и для лиц, обладающих особыми свойствами (признаками) – специальных субъектов. Специальный субъект преступления, кроме общих признаков, обладает дополнительными признаками, указанными в диспозиции уголовно — правовой нормы, отражающими специфические свойства преступника. Указание в диспозиции нормы на признаки специального субъекта означает, что не всякое вменяемое физическое лицо, совершившее преступление, может быть привлечено к уголовной ответственности. Уголовное законодательство порой ограничивает круг лиц, которые могут нести уголовную ответственность путем указания на определенные, специфические черты субъекта. Признаки специального субъекта по своему содержанию очень разнообразны. Они могут относиться к различным характеристикам личности преступника: к занимаемому положению по службе или работе, к должности, к профессии, к отрицательной характеристике, связанной с совершением преступления, к военной обязанности, к семейному положению и т. д. Признаки специального субъекта в теории уголовного права получили название факультативных признаков (в общем, понятии состава преступления), поскольку они не обязательны для всех конкретных составов преступлений. Они указываются хотя и в значительном числе составов, но не во всех. Значение этих признаков проявляется различно.

Во-первых, когда признаки специального субъекта являются конструктивными, т.е. законодатель включил их в состав преступления. Лица, не отвечающие требованиям специального субъекта, указанным в конкретной уголовно — правовой норме, не могут быть привлечены к уголовной ответственности, хотя они и совершили действия, предусмотренные диспозицией данной статьи.

Во-вторых, признаки специального субъекта могут быть включены в конструкцию не основного состава, а в состав с отягчающими обстоятельствами. В этом случае тоже обязательны для квалификации преступления.

Третье значение факультативных признаков проявляется тогда, когда признаки специального субъекта не предусмотрены в законе вообще (ни в основном, ни в составе с отягчающими обстоятельствами). В этом случае особенности субъекта лежат вне рамок состава, они относятся к характеристике личности и могут играть роль отягчающих обстоятельств при назначении наказания, конечно, при условии, что эти особенности входят в число признаков, указанных в качестве отягчающих обстоятельств в ст. 63 УК РФ.

По отношению к мошенничеству о специальном субъекте говориться, например, в п. «в» ч. 2 ст. 159 УК – «мошенничество с использованием служебного положения». Злоупотребление должностными полномочиями для мошенничества возможно лишь по месту службы должностного лица и в пределах тех функциональных обязанностей, которые на него возложены, причем в компетенцию виновного должны входить определенные правомочия в отношении имущества или по месту его работы, или в контролируемых им подразделениях. Если же должностное лицо, используя свой авторитет, положение, оказывает давление на других людей, склоняя их к совершению хищения, то оно подлежит уголовной ответственности за соучастие в преступлении. Похищенное имущество может перейти к расхитителю в результате совершения юридически значимых действий, дающих лицу определенные права на материальные ценности.

Например, умышленное незаконное получение должностным лицом  государственных или общественных средств в качестве премий, надбавок к зарплате, пособий и других выплат должно квалифицироваться по п. «в» части 2  статьи 159 УК, как заведомо незаконное назначение или выплата должностным лицом в корыстных целях государственных или общественных средств в качестве платежей  лицам, не   имеющим права на их получение.  Как мошенническое хищение должно квалифицироваться также обращение в свою собственность средств по заведомо фиктивным трудовым или иным договорам  под видом зарплаты, вознаграждения за работу или услуги, которые фактически не выполнялись или были выполнены не в полном объеме, совершенное по  сговору между должностными лицами, заключившими сделку.

Мошенническое хищение с использованием своего служебного положения наиболее часто происходит в торговле, отраслях агропромышленного комплекса, строительстве, сфере бытового обслуживания и других сферах услуг.

§ 3 Объективная сторона

«Объективная сторона – это составная часть состава преступления, характеризующая внешнее проявление конкретного общественно опасного поведения, причинившего вред объекту, охраняемому уголовным законом».[13]

Объективная сторона преступления представляет собой внешнюю сторону поведения человека, совершившего преступление.

Объективная сторона мошенничества складывается из трех основных элементов:

  • общественно — опасного действия (бездействия);
  • последствий преступления (преступного результата);
  • причинной связи между этим действием (бездействием) и наступившим результатом.

Признаки, характеризующие объективную сторону не всех, а только конкретных составов преступлений принято называть факультативными (способ, место, время, обстановка, орудия совершения преступления). В случае с мошенничеством способ совершения преступления – хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество.

В большинстве случаев уголовный закон считает объективной стороной оконченного состава преступления (в данном случае – мошенничество) сам факт совершения уголовно-правового деяния, т.е. мошенничества.

Объективная сторона мошенничества имеет важное значение для квалификации. Некоторые преступления можно разграничить лишь по признакам объективной стороны. Мошенничество и кража, например, отличаются друг от друга только способом совершения преступления, остальные признаки, характеризующие объект, объективную сторону и субъект, у них одинаковы.

С объективной стороны завладение имуществом или приобретение права на имущество при мошенничестве совершается путем обмана или злоупотребления доверием.

Объективные признаки мошенничества: 1) изъятие и (или) обращение в пользу виновного или других лиц; 2) противоправность; 3) безвозмезность; 4) причинение ущерба собственнику или иному владельцу; 5) преступный результат и причинная связь.

Необходимым условием уголовной ответственности является наличие причинной связи между действием (бездействием) и наступившими вредными последствиями.

Обман и злоупотребление доверием служат способом завладения имуществом, между ними и переходом имущества во владение виновного должна быть установлена причинная связь.

Обман (злоупотребление доверием) — акт человеческого поведения. Завладевая имуществом, мошенник не только обманывает, но и берет, получает, удерживает имущество, совершая разнообразные действия, однако, при мошенничестве обман (злоупотребление доверием) составляет основу действий преступника.

Исходя из того, что обман составляет основу мошеннического действия и само представляет собой акт человеческого поведения, можно говорить о причинной связи между обманом и завладении имуществом как преступным результатом мошенничества.

Обман при мошенничестве отличается от всякого другого обмана тем, что он используется для завладения имуществом (хищения) или приобретение прав на чужое имущество. Здесь характером объекта посягательства и соответственно целью, которую ставит преступник, определяется содержание обмана и нередко его форма. Лишь в этом смысле можно говорить о «мошенническом обмане».

Содержание мошеннического обмана составляют обстоятельства, в отношении которых мошенник вводит в заблуждение потерпевшего. Эти обстоятельства носят самый разнообразный характер. Обман может касаться предметов, лиц, действий, событий, их фактических или юридических свойств. Содержанием обмана являются обстоятельства как объективного, так и субъективного характера (например, намерения субъекта). События, по поводу которых создается заблуждение, могут относиться к настоящему, прошедшему и будущему времени.

Практика показывает, что обман относительно будущих событий встречается довольно часто, особенно, если речь идет о действиях самого виновного (ложные обещания). Обманывая относительно своих действий в будущем, мошенник, тем самым, создает неверное представление о своих действительных намерениях, которые у него имеются в данный момент. Ложное обещание — наиболее типичный обман в обстоятельствах, относящихся к будущему.

Изучение содержания мошеннического обмана и специфических особенностей его отдельных видов необходимо для:

а) правильной оценки общественной опасности преступных действий при мошенничестве в целях индивидуализации наказания;

б) отграничения мошенничества от других имущественных и иных преступлений, правильной квалификации содеянного;

в) более успешной борьбы с этим преступлением путем выявления наиболее типичных способов обмана;

г) устранение причин и условий, способствующих совершению мошеннических посягательств.

Отдельные виды мошеннических обманов по содержанию целесообразно сгруппировать следующим образом:

1) обман в отношении личности (существования, тождества, особых свойств личности и т.п.);

2) обман относительно различных предметов (их существования, тождества, размера, качества, цены и т.п.);

3) обман по поводу различных событий и действий;

4) обман в намерениях (ложные обещания).

Предлагаемая группировка весьма условна, так как нельзя дать исчерпывающей классификации всех видов мошеннических обманов по содержанию, которое не ограниченно определенным кругом обстоятельств, а обман при мошенничестве нередко может касаться нескольких обстоятельств одновременно.

Одни обстоятельства, в отношении которых лжет преступник, непосредственно служат мнимым основанием для передачи имущества.

Другие обстоятельства, не являются основанием для передачи имущества, используются преступником, чтобы создать предпосылки для другого обмана, либо вызвать доверие к себе, а затем с большей легкостью обмануть или злоупотребить доверием потерпевшего. Они также входят в содержание мошеннического обмана, так как потерпевший учитывает эти обстоятельства, когда принимает решение о передаче имущества. Обязательным признаком объективной стороны мошенничества является наступление преступного результата, так как оно относится к преступлениям с «материальным» составом.[14]

Вторым способом мошеннического хищения имущества является злоупотребление доверием. При злоупотреблении доверием, как и при обмане, складывается ситуация когда собственник или иной владелец имущества, будучи введенным в заблуждение, сам передает имущество мошеннику, полагая, что для этого имеются законные основания. Этот акт внешне добровольной передачи имущества означает не просто фактический переход имущества в руки виновного, но и получение им определенных возможностей по использованию или распоряжению им.

При хищении путем злоупотребления доверием в отличие от мошеннического обмана, имущество получается субъектом на внешне законных основаниях, от собственного имени без использования обмана относительно событий прошлого или настоящего, которые могли бы препятствовать такому получению. Но с точки зрения субъективной лицо действует недобросовестно, ибо не собирается возвращать имущество или возмещать соответствующий эквивалент. В том случае, если мошенник поступает и объективно незаконно, прибегая к искажению истины, он действует не путем злоупотребления доверием, а совершает хищение путем обмана. Злоупотребление доверием предполагает, в конечном счете, сознательное невыполнение субъектом взятых до получения материальных ценностей обязательств в обусловленный срок возвратить эти ценности или представить соответствующий им эквивалент[15].

Мошенничество считается оконченным с момента фактического незаконного перехода имущества во владение виновного и получения им возможности использовать его или распоряжаться им по своему усмотрению, а также с момента незаконного перехода к виновному права на имущество потерпевшего.

§ 4 Субъективная сторона

Как было сказано выше объектом мошенничества являются общественные отношения собственности. Ущерб общественным отношениям собственности причиняется мошенничеством в силу того, что преступник завладевает имуществом в силу того, распоряжается им  как собственным, обращая его в свою личную пользу или в пользу других лиц. Такой характер объективной стороны мошенничества дает содержание и субъективной стороне этого преступления и, прежде всего, цели как элементу состава. Основанием для определения цели мошенничества являются характер и направленность деятельности преступника. Но если объективно общественная опасность мошенничества определяется тем, что преступники, незаконно завладевая имуществом, тем самым причиняют ущерб его собственнику, то и общественно опасной целью является цель преступного  обращения  этого имущества в свою пользу или в пользу других лиц с тем, чтобы  извлечь из этого для себя или для других лиц незаконную материальную выгоду.

Таким образом, цель – корыстная. Корысть при мошенничестве отнюдь не во всех случаях означает извлечение личной имущественной пользы, личной материальной выгоды, а имеет место и тогда, когда эту материальную выгоду приобретает в результате деятельности преступника и другие лица. Корысть имеется и там, где человек стремится нажиться сам, и там, где он ставит своей целью дать нажиться другому, потому что в обоих случаях имеет место стремление отдельных лиц к извлечению выгоды и именно выгоды материальной. И   поскольку мошенничество совершается всегда с целью извлечь материальную выгоду для себя лично или для других лиц, в незаконном обогащении которых он   так или  иначе заинтересован, то целью хищения является цель корыстная.

Однако по-другому следует ставить вопрос о мотиве мошенничества. Мотив  – это то, что, отражаясь в сознании субъекта, побуждает его совершать преступление. В основе мотива лежат осознанные побуждения (стремления, желания) к  совершению  поступка. Мотивами деятельности виновного при преступной передаче имущества другим лицам могут быть не только соображением личной корыстной заинтересованности, но и другие личные мотивы (благодарность за ранее оказанную услугу, помощь для выхода из неблагоприятного материального положения и  другое).  Между тем цель в любом случае – корыстная. Отсутствие корыстной цели  свидетельствует об отсутствии состава мошенничества.

Как и все хищения, мошенничество может быть совершено только с прямым умыслом. Нельзя похитить что — либо по неосторожности. Виновный осознает, что похищаемое имущество является собственностью других лиц. Он сознает также, что не имеет права на это имущество и желает преступно завладеть им. О том, что  мошенничество предполагает вину именно в форме прямого умысла свидетельствует ряд обстоятельств. Во-первых, само понятие обмана необходимо предполагает  умышленный характер соответствующих действий. Во — вторых, мошенничество  предполагает цель распорядиться чужим имуществом как своим собственным. Субъект, преследующий цель обратить чужое имущество в свою собственность, сознательно использует заблуждение потерпевшего, отдавая себе, отчет в том, что он достигает цели именно этим путем.

В содержание умысла виновного входит осознание всех обстоятельств, образующих объективные признаки преступления. Ответственность наступает, когда лицо сознает: а) что завладевает чужим имуществом; б) что оно не имеет право на это имущество; в) что завладевает им безвозмездно; г) что совершает завладение определенным способом (путем обмана или злоупотребления доверием) при наличии  либо отсутствии тех обстоятельств, с которыми связана повышенная ответственность (по предварительному сговору группой лиц, неоднократно и т. д.).

Доказывание субъективной стороны мошенничест­ва — главная трудность ст. 159 УК. Завладение чужим имуществом осуществляется мошенниками под при­крытием разного рода притворных сделок, без видимых нарушений закона. Вскрыть обман и квалифицировать эти действия как мошенничество, понятно, очень не­легкая задача: преступники заметают следы, распоря­жаются полученным имуществом через специально со­зданные подставные юридические лица. Следственные работники стараются не связываться с такими делами, возбуждая производство только по самым одиозным и наиболее простым для доказывания фактам.[16]

Мошенничество со стороны способа достижения результата обладает рядом особенностей. Эти особенности, естественно, должны получить отражение в сознании преступника, чтобы совершаемое им деяние можно было квалифицировать как мошенничество. Особенностью мошеннического обмана с объективной стороны является то, что субъект обращает в свою собственность чужое имущество или извлекает выгоду из имущественного действия другого лица путем использования заблуждения потерпевшего в отношении «существенного обстоятельства». Следовательно, мошенник сознает и допускает возможность того, что он достигает своей цели путем использования заблуждения потерпевшего. Это заблуждение может быть вызвано или поддержано им самим, либо может возникнуть независимо от каких — либо его действий. Когда заблуждение вызвано самим субъектом оно может быть вызвано умышленно и с целью склонить потерпевшего к передаче имущества, или же эта цель может возникнуть позднее, после того как субъект, действуя без этой цели, ввел потерпевшего  в заблуждение. Заблуждение может быть вызвано виновным также неосторожно или даже случайно: однако вслед за этим виновный, осознает, что потерпевший впал в заблуждение, использует это последнее для обращения имущества в свою собственность или для достижения других результатов, охватываемых понятием мошенничества.

Наиболее характерны для мошеннического обмана случаи, когда субъект умышленно вызывает заблуждение потерпевшего с целью склонить его к передаче имущества или к совершению имущественного действия. По общему правилу, виновный в мошенничестве стремится внушить потерпевшему такое представление о существенном обстоятельстве, которое не соответствует действительности, имея в виду получить чужое имущество против воли и не в интересах собственника, причем в то же время как бы с согласия последнего.

Поэтому виновный стремится внушить потерпевшему такое представление об обстоятельствах сделки или другой операции, связанной с переходом имущества, которое предопределило бы согласие потерпевшего совершить то или иное имущественное действие, не отдавая себе отчета в том, что он действует себе во вред. Очевидно, что это представление не должно, по мысли виновного соответствовать действительному характеру того обстоятельства, к которому оно относится. При этом, исходя из предположения, что его заявление о том или ином обстоятельстве не соответствует действительности, виновный может обладать различной степенью уверенности в том, что это несоответствие на самом деле имеет место. Он может быть уверен в этом или же может считать это вероятным или возможным. Существенно, однако, что, осознавая несоответствие его заявления действительности, или допуская вероятность либо возможность этого или желая, чтобы дело обстояло, таким образом, или равнодушно относясь к этому и т. д., виновный при любой практически возможной комбинации этих условий делает такое заявление.

Если к факту несоответствия своего заявления действительности субъект может относиться по — разному, вопрос о его отношении к заблуждению потерпевшего должен получить другое решение. Заблуждение потерпевшего при мошенничестве, как средство получения имущества, можно сравнить с тем страхом, который преступник стремится внушить потерпевшему, подвергающемуся разбойному нападению, или с теми опасениями, которые стремиться вызвать у потерпевшего вымогатель.

Таким образом, при мошенничестве рассматриваемого вида (когда заблуждение умышленно вызывается с целью завладения имуществом) виновный предвидит, что его заявление или его действие вызовет заблуждение со стороны потерпевшего и желает, чтобы это заблуждение возникло. В соответствии с тем, что было сказано выше о заблуждении потерпевшего как об одном из звеньев развития причинной связи при мошенничестве, это заблуждение может иметь своим содержанием неправильное представление  потерпевшего о своем интересе в совершении или несовершении известного имущественного действия.

Конкретно это выражается в том, что потерпевшему внушается ложное представление о его моральной или юридической обязанности или о выгодности или удобстве для него передать имущество виновному или совершить в его пользу имущественное действие. Естественно, что этот конкретный характер заблуждения потерпевшего также охватывается умыслом виновного, по крайней мере, в родовых чертах. Поскольку дело обстоит, таким образом, поскольку необходимым признаком  мошеннического обмана является осознание субъектом того, что обман осуществляется им в отношении обстоятельства, существенного для образования на стороне потерпевшего согласия передать имущество или совершить имущественное действие. В противном случае нельзя было бы считать, что виновный отдавал себе отчет, хотя бы в родовых чертах, в том, как будет развиваться причинная связь между его действием и  наступившим результатом, иными словами, нельзя было бы считать, что виновный предвидел наступление этого результата.

Что касается тех случаев, когда виновный использует заблуждение потерпевшего, возникшее в результате действий виновного, однако совершенных без цели вызвать заблуждение, то нет никаких оснований не усматривать в них состава  мошенничества. Субъект в этих случаях желает обратить имущество в свою пользу, сознавая при этом, что он завладеет им вследствие заблуждения потерпевшего; следовательно, он допускает, что потерпевший, соглашаясь передать имущество, действует не в своей действительной воле и не в своем интересе. Иными словами, виновный отдает себе отчет в том, что потерпевший, если бы он не был введен в заблуждение, воздержался бы от передачи имущества.

Таким образом, в рассматриваемых случаях психическое отношение виновного к своему действию и к его результату удовлетворяет (как со стороны сознания, так и со стороны желания) существенным признакам вины при совершении мошеннического обмана.

В соответствии со всем вышесказанным, одним из обязательных является установление на основе анализа всей совокупности действий преступников, их содержания и направленности, наличия умысла на завладение чужим имуществом или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием. Так, например, при расследовании мошенничества в сфере частного предпринимательства (в ней мошенничество получило наибольшее распространение) на наличие умысла могут указывать следующие действия преступников: а) создание фирмы по подложным документам, на вымышленное лицо, мизерный размер уставного капитала фирмы; б) требование стопроцентной предоплаты как условие заключения соглашения; в) нереально большие размеры обещанного дохода; г) крайне неблагополучное экономическое положение коммерсанта (посредника) к моменту заключения соглашения (долги, просроченные обязательства, в том числе по погашению кредита и др.); д) профессиональная неподготовленность, отсутствие опыта в той  области деятельности, по поводу которой берутся обязательства, и собирается предоплата; е) отсутствие реальных возможностей для выполнения обязательства; ж) непроведение  предпринимателем каких — либо подготовительных действий для обеспечения реального выполнения всех обязательств; з) отсутствие валютных средств (валютного счета) при заключении сделок о закупке для клиента импортных товаров за валюту; и) предъявление при заключении сделок подложных гарантийных писем, иных документов в обоснование своей платежеспособности; к) трата денег, полученных в порядке предоплаты, на иные, нежеле предусмотренные соглашением, цели – погашение долгов, на личные цели и др.; л) требование оплаты за  обещанные услуги  (работы) с предварительным выполнением лишь ее подготовительной части.

Правильно установить субъектив­ную сторону мошенничества можно лишь на основе достаточной совокупности прямых и косвенных дока­зательств.

Прямые доказательства. Показания свидетелей о признании виновным своих действительных намере­ний относительно заключаемой сделки. Такие призна­ния могут делаться в форме похвальбы, признания «по секрету», проговорок и т.п. Их свидетелями могут быть не только лица из окружения виновного, но и случай­ные свидетели. Так. в одном случае свидетелем явилась горничная гостиницы, подслушавшая разговор двух «бизнесменов», в другом случае суд принял во внима­ние показания двух официантов ресторана, которые слышали, как руководитель одного из банков в кругу друзей делился планами напечатать векселя и скрыться с деньгами.

К прямым доказательствам относятся также: видео- и аудиозаписи, содержащие аналогичные признания виновного: исходящие от виновного лица документы, раскрывающие его фактические намерения и цели (де­ловая переписка, указания подчиненным, собственные расчеты, дневники, другие записи); результаты контро­ля (прослушивания и записи) телефонных и иных переговоров виновного лица; заключения судебно-бухгалтерской и экономической экспертиз, указываю­щие на объективную невозможность выполнения субъектом сделки принятых обязательств.

Косвенным доказательством умысла может служить способ совершения преступления — обманные дейст­вия при заключении сделки. Это может быть обещание сверхвысоких процентов по договору займа (страхова­ния, аренды и т. п.), обещание предоставить престиж­ную, высокооплачиваемую работу, заведомо ложная реклама, использование в этих целях заведомо подлож­ных документов.

Важную информацию о направленности умысла ви­новного может дать анализ его поведения в период, предшествующий  заключению сделки:  создание фирмы по подложным документам, смена учредителей, переход руководителя на второстепенную должность, аренда офиса на короткий срок и т.п.

Не меньшее значение для признания умысла имеет и поведение лица при заключении сделки, согласовании его условий (готовность подписать соглашение на любых за­ведомо невыгодных обременительных условиях).

О направленности умысла может говорить и дея­тельность лица после завладения имуществом: продажа имущества, полученного во временное пользование сразу после завладения им, выдача беспроцентной суды за счет процентного кредита, создание фирм для пере­вода собственности.[17]

Точное установление умысла и цели при расследовании преступлений обеспечивает правильную квалификацию деяния и назначение справедливого наказания.

§ 5 Квалифицирующие признаки мошенничества

Квалифицированным признается мошенничество, совершенное:

  • группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину (п. 2 ст. 159 УК РФ);
  • лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере (п. 3 ст. 159 УК РФ);
  • организованной группой либо в особо крупном размере (п. 4 ст. 159 УК РФ).[18]

Остановимся более подробно на некоторых обстоятельствах, квалифицирующих мошенничество.

Из нововведений, касающихся мошенничества, следует на­звать появление нового квалифицирующего признака в ст. 159 УК РФ — «мошенничество с использованием своего слу­жебного положения».

Законодатель ввел новый квалифицирующий признак не случайно, поскольку большое количество мошеннических хищений совершаются лицами, использующими при этом свое служебное положение.

Специфика данного преступления состоит в том, что объ­ективная сторона его складывается из двух действий, каждое из которых, взятое отдельно, составляет самостоятельное пре­ступление: злоупотребление служебными полномочиями и собственно мошенническое хищение. При этом злоупотребле­ние служебными полномочиями создает возможность хище­ния, предшествует изъятию материальных ценностей и поэто­му часто отдалено от него по времени. Использование должностным лицом своего служебного положения предпола­гает реализацию тех прав и полномочий, которыми оно наде­лено по роду своей работы, служебных отношений с должно­стными лицами в своей и других организациях.

Злоупотребление должностными полномочиями для мо­шеннического хищения возможно лишь по месту службы должностного лица и в пределах тех функциональных обязан­ностей, которые на него возложены, причем в компетенцию виновного должны входить определенные правомочия в от­ношении имущества или по месту его работы, или в контро­лируемых им подразделениях. Если же должностное лицо, ис­пользуя свой авторитет, положение, оказывает давление на других людей, склоняя их к совершению хищения, то оно подлежит уголовной ответственности за соучастие в преступ­лении.[19]

Относительно понятий: «крупный» и «значительный» ущербы в сфере экономических преступлений. В Уголовном кодексе в различных статьях он трактуется несколько по-раз­ному.

«Значительный ущерб» — это оценочный признак. В за­коне он прямо не установлен, что не способствует его едино­образному применению. Пленум Верховного суда СССР  «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» разъяснил, что «решая вопрос о квалификации действий виновного по при­знаку причинения преступлением значительного ущерба по­терпевшему, следует учитывать стоимость похищенного иму­щества, а также его количество и значимость для потерпевшего, материальное положение последнего, в частно­сти заработную плату, наличие иждивенцев». Поэтому при определении значительного ущерба потерпевшему ориенти­руются в основном на его зарплату, учитывают ценность похищенного имущества и значение утраты этого имущества для потерпевшего.

В отличие от значительного ущерба признак «в крупном размере» прямо установлен в уголовном законодательстве. «Крупным размером» в ст. 159 УК РФ признается стои­мость имущества, в 500 раз превышающая минимальный раз­мер оплаты труда, установленный законодательством РФ на момент совершения преступления.[20]

Мошенничество признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступных действий, именуемых мошенничеством. Такая группа является устойчивым образованием, о чем могут свидетельствовать, например, такие признаки, как стабильность ее состава и организационных структур, сплоченность ее членов, постоянство форм и методов преступной деятельности, наличие руководящего звена, хорошая материальная база и т.д.

Лицо, организовавшее преступную группу или ею руководившее, подлежит ответственности за все преступления, совершенные группой, если они охватывались его умыслом. Другие участники несут ответственность за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали.

Совершение квалифицированных видов мошенничества предполагает сознание виновным всех обстоятельств, квалифицирующих содеянное (повторность, группа и т.д.). Достаточно чтобы виновный сознавал фактические обстоятельства, имеющие значение для квалификации, но не требуется, чтобы он давал им правильную юридическую оценку.

Глава 3

Отграничение мошенничества от смежных составов других преступлений и правонарушений

Часто в практической деятельности возникают случаи, когда совершение иных преступлений имеет в определенных чертах некоторое сходство с мошенничеством. Поэтому возникает необходимость проведения разграничения между составом мошенничества и составами других преступлений, к которым относятся, в частности, кража, присвоение и растрата, грабеж, разбой, вымогательство. Все эти преступления предусмотрены в главе 21 УК «Преступления против собственности».

УК РФ предусматривает хищение чужого имущества: путем кражи (ст.158), мошенничества (ст.159), присвоения и растраты (ст.160), грабежа (ст.161), разбоя (ст.162), хищения предметов имеющих особую ценность (ст.164).

От других составов хищения чужого имущества мошенничество отличается специфическими способами его совершения (обман и злоупотребление доверием). В результате обмана или вследствие того, что кто-то умышленно злоупотребляет его доверием, собственник или владелец имущества сам добровольно выводит имущество из своего владения и передает его виновному в собственность или во владение, либо передает ему право на данное имущество.

Специфика кражи и грабежа состоит в том, что завладение имуществом осуществляется путем его захвата помимо или против воли собственника. Так, при совершении кражи изъятие осуществляется тайно и, следовательно, помимо и без всякого учас­тия владельца. При грабеже виновный, в отличие от кражи, захватывает имущество открыто, полностью игнорируя всех окружающих, путем подавлением воли лиц, в собственности или под охраной которых оно находится, либо путем угрозы применения на­силия, не опасного для жизни или здоровья. В таких случаях обман или злоупотребление доверием ис­пользуется виновным не для непосредственного завладения имуществом, а с целью получения дос­тупа к имуществу, проникновения в жилое помеще­ние, иное хранилище либо для сокрытия уже совер­шенного хищения.

Однако на практике нередки случаи, когда суды допускают ошибки в оценке объективной стороны со­деянного.

Так, Копейским городским судом за покушение на мошенничество осуждены Е., Ш. и К., которые, имея умысел на хищение чужого имущества, вступили между собой в сговор и из похищенных на «Заводе пластмасс» узлов и деталей собрали три стиральные машины «Чайка-85». В дальнейшем осужденные пытались вы­везти их с территории завода, но свои действия не смогли довести до конца по не зависящим от них обсто­ятельствам.

Суд, мотивируя квалификацию действий осужден­ных как мошенничество, указал, что они намеревались вывезти машины « Чайка-85» под видом «Чайка-3», за­платив за них меньшую стоимость. Однако доказа­тельств, свидетельствующих о совершении осужденны­ми каких-либо конкретных действий, направленных на введение в заблуждение владельца имущества, в при­говоре нет. Имущество похищалось вопреки воле по­терпевшего, отсутствовала и добровольность передачи имущества собственником.

Постановлением Президиума областного суда приговор суда первой инстанции и определение судеб­ной коллегии по уголовным делам было отменено, а действия осужденных квалифицированы как покуше­ние на кражу.

Специфика хищения, совершаемого путем мо­шенничества, состоит в том, что виновный завладе­вает имуществом при непосредственном участии лиц, обладающих этим имуществом. Для мошенни­ческого завладения характерен внешне доброволь­ный акт передачи имущества собственником винов­ному. При этом преступное воздействие со стороны виновного осуществляется не на само имущество, а на сознание и волю потерпевшего при помощи об­мана или злоупотребления доверием. Обманывая соответствующее лицо, мошенник внушает ему лож­ное убеждение о том, что, претендуя на получение имущества, он (мошенник) действует на законных основаниях.

Так, разбойные действия П. расценены Кыштымским городским судом как мошенничество и угроза на­несения тяжких телесных повреждений при следующих обстоятельствах.

18 декабря 1996 г. П. с цепью завладения чужим имуществом пришел в квартиру Щ., представился ей братом женщины, у которой сын Щ. украл 60 000 руб­лей, и потребовал вернуть похищенное, угрожая ей и сыну нанесением тяжких телесных повреждений и под­жогом квартиры Опасаясь осуществления угрозы, Щ. передала П. 60 000 рублей.

В данном ситуации обман являлся лишь условием, облегчавшим изъятие имущества. Деньги у потерпев­шей были изъяты вопреки ее воле. Характерная для мошенничества «добровольность»  передачи имуще­ства преступнику отсутствовала.[21]

Сравнивая составы кражи и мошенничества, следует отметить: объективная сторона кражи (ст.158 УК РФ) характеризуется тем, что субъект изымает чужое имущество из владения лица вопреки его воли и без согласия и делает это тайно. Тогда как при мошенничестве сам потерпевший собственник или владелец вещи, вследствие обмана или использования виновным его доверием, выводит имущество из своего владения, передает его преступнику, предоставляет последнему в отношении имущества правомочия владения, пользования, управления и даже распоряжения, если имущество передается в собственность. Обман или злоупотребление доверием, которые иногда встречаются и при совершении краж, используются здесь не для завладения имущества, а лишь для облегчения хищения путем получения доступа к имуществу, проникновением в жилище, помещение или иное хранилище и т.п., либо же для сокрытия уже совершенного хищения. [22]

Сравнивая мошенничество и состав, предусмотренный статьей 160 УК РФ (присвоение или растрата), мы видим, что в статье 160 УК объединены две самостоятельные формы хищения: присвоение и растрата. По смыслу закона, присвоение и растрата — это хищение чужого имущества, вверенного виновному. Присвоение и растрата, так же, как и мошенничество, могут быть совершены в отношении любого имущества: государственного, общественного, принадлежащего частным лицам, коммерческим и иным организациям. Присвоение и растрата, в отличие от мошенничества, характеризуются тем, что для изъятия имущества виновный использует имеющиеся у него правомочия в отношении этого имущества.  Также  отличаются от других форм хищения, в том числе и от мошенничества тем, что субъект этих форм (присвоения и растраты) обладает специальным признаком — фактической возможностью распоряжаться чужим имуществом, поскольку оно ему вверено для осуществления правомочий по распоряжению, управлению, хранению, ремонту, перевозки, временному пользованию и т.п.

Как видим, в случаях мошенничества и присвоения вверенного имущества используются обман либо злоупотребление доверием для незаконного завладения имуществом. Если при мошенничестве обман направлен на изъятие имущества, то при присвоении либо растрате оно уже находится в фактическом обладании посягателя как уполномоченного собственником лица. Таким образом, расхититель, используя доверительное отношение к нему со стороны собственника, добровольно передавшего ему свое имущество, обращает имущество в свою пользу (присвоение) либо пользу других лиц (растрата)[23].

Мошенничество, связанное с подделкой и использованием подложных документов, следует отличать от случаев устройства на работу на основании фальшивых документов и получения соответствующей заработной платы за выполнение обязанностей по должности, которую лицо не имело право занимать и соответственно совершение растраты.

Налицо состав мошенничества, если потерпевший, хотя бы и под влиянием обмана, но передавал свое имущество во владение, пользование или распоряжение (если не в собственность) виновного. Если потерпевший передает другому лицу какие-либо ценности не во владение, а, например, для осмотра (в своем присутствии), то эти ценности не только юридически, но и фактически продолжают оставаться во владении потерпевшего. В действиях виновного, если он скрывается с имуществом, в зависимости от их характера, имеется состав кражи или грабежа. Например, лицо просит у собственника разрешения примерить золотое кольцо и, одев его, тут же скрывается. В этом случае действия жулика следует рассматривать как грабеж.

Если лицо завладевает имуществом, но не получает возможности реально распорядиться им по своему усмотрению, его действия следует квалифицировать как покушение на мошенничество.

Мошенничество отличается и от хищения чужого имущества, совершенного путем грабежа (ст.161 УК РФ). Закон определяет грабеж как открытое хищение чужого имущества. При применении или угрозе применения насилия при грабеже объектом преступления становятся не только отношения собственности, но и личность потерпевшего. Тогда как объектом мошенничества является только чужое имущество либо право на имущество. Объективная сторона грабежа характеризуется открытым не насильственным хищением чужого имущества. Мошенничество и разбой (ст.162 УК РФ) отличаются так же по объективной стороне данных преступлений. Разбой определяется в законе как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия. Степень общественной опасности разбоя весьма высока, он относится к числу так называемых много объектных преступлений, поскольку его совершение также сопряжено с посягательством не только на собственность как в составе мошенничества, но и на здоровье человека.

В УК РФ 1996 г. предусмотрен ряд составов преступлений, смежных с мошенничеством. В частности, многие составы преступлений, предусмотренные нормами, включенными в гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности». К ним могут быть отнесены следующие: лжепредпринимательство (ст. 173), незаконное получение кредита (ст. 176), незаконное использование товарного знака (ст. 180), нарушение правил изготовления и использования государственных пробирных клейм (ст. 181), заведомо ложная реклама (ст. 182), злоупотребления при выпуске ценных бумаг (эмиссии) (ст. 185), изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186), изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (ст. 187), неправомерные действия при банкротстве (ст. 195), фиктивное банкротство (ст. 197) и обман потребителей (ст. 200). Рассмотрим некоторые из них.

Такой смежный с мошенничеством состав преступления, как незаконное получение кредита, предусмотрен ст. 176 УК РФ. Часть 1 этой статьи устанавливает ответственность за «получение индивидуальным предпринимателем или руководителем организации кредита либо льготных условий кредитования путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении либо финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации, если это деяние причинило крупный ущерб», а ее ч. 2 – «за незаконное получение государственного целевого кредита, а равно его использование не по прямому назначению, если эти деяния причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству».

Возникает необходимость разграничивать мошенничество и незаконное получение именно кредита, в том числе государственного целевого, причинившее крупный ущерб.

Критериями разграничения этих преступлений являются направленность умысла и время его возникновения. При этом мошенничество налицо тогда, когда при представлении заведомо ложных сведений указанного содержания, т.е. до получения кредита, умысел виновного направлен на хищение имущества, составляющего кредит.

Квалификация содеянного аналогична при отграничении мошенничества от лжепредпринимательства. Причем представление заведомо ложных сведений о хозяйственном положении или финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации есть не что иное, как одна из разновидностей мошеннического обмана.

Способы совершения преступления при мошен­ничестве, как и при лжепредпринимательстве и незаконном получении кредита, могут совпадать та­кие, как:

  • получение с целью присвоения тех или иных вещей напрокат;
  • представление в организацию подложных до­кументов, доверенности на получение материальных ценностей, кредитового авизо на перевод  в другой банк с целью их обналичивания и присвоения, чека из необеспеченной финансами лимитирован­ной книжки на снятие денег с расчетного счета в банке, договора купли-продажи для получения бан­ковского кредита или снятия с расчетного счета на­личных денег, гарантийного письма для получения банковского кредита, справки, якобы свидетельст­вующей о факте, являющемся основанием для какой-либо льготы, и другое;
  • выдача банком векселей, чеков, гарантийных писем, необеспеченных соответствующими актива­ми, представление подложных или полученных не­правомерным путем гарантийных писем от государ­ственных и коммерческих структур;
  • учреждение лжефирмы, лжебанка или стра­зовой компании для осуществления манипуляций с денежными средствами, для получения обманным путем денег и их присвоение;
  • при манипуляциях с кредитовыми авизо: при­обретение бланков авизо и платежного поручения, совершение подлогов, направление подложных доку­ментов в банк плательщика по почте, телеграфу, те­лефону или с нарочным; нередко указанные фиктив­ные организации плательщика; иногда подтвержде­ние о направлении авизо: вступление в сговор с ра­ботниками банка-получателя с целью зачисления переводимых по авизо средств на расчетный счет родственника, знакомого и о выдаче наличных денег под предлогом оказания беспроцентной финансовой помощи, предоплаты за продукты, уплаты налогов, получения кредита, совмещение плательщика и получателя в одном лице, склонить работника банка к выдаче кредитов с нарушением экономических нор­мативов;
  • представление в качестве залога неполноцен­ное либо уже заложенное имущество, а иногда и не принадлежащее получателю кредита имущество и т.д.

Одним из способов мошенничества является со­здание лжепредприятий и заключение заведомо фиктивных договоров от имени данных предпри­ятий с целью завладеть имуществом или денежны­ми средствами, в то же время способами получения имущества при лежпредприпимательстве и незаконном получении кредита могут быть обман и злоупотребление доверием.

Лжепредпринимательство считается окончен­ным и момент причинения крупного ущерба гражда­нам, организациям или государству, которое лицо при его добросовестности могло бы избежать.[24]

Экономическая  реформа  привела  к  существенному усложнению имущественных  отношений.  Сложность  их  вызывает необходимость более детального толкования составов имущественных преступлений с тем, чтобы отличить от обмана или неисполнения обязательств гражданско-правового характера.  Прежде  всего,  это относится к мошенничеству, часто внешне приобретающему  вид  тех  или  иных  частно-правовых  договоров  (купли-продажи,  займа,  поручения и др.). Мошенничество отличается от недобросовестности   частно-правового   характера   по   объективным   и субъективным признакам.

Предмет мошенничества – чужое имущество. Имущество в качестве предмета мошенничества может быть как движимым, так и недвижимым, включает деньги, ценные бумаги и некоторые документы, предоставляющие имущественные права без дополнительного оформления.

Получение путем обмана услуг или работ, уклонение от исполнения обязательств составом мошенничества не охватываются ввиду отсутствия предмета этого преступления. Так, не будет мошенничеством выдача чека, заведомо не подлежащего оплате, с целью побудить к оказанию транспортных и иных услуг или вручение денежной «куклы» с тем, чтобы побудить к выдаче документа об уплате долга. Такие действия могли бы влечь ответственность по норме причинении имущественного ущерба путем обмана, если бы Закон от 1 июля 1994 г. не отказался от традиционной трактовки этой нормы и не ограничил уголовную ответственность случаем причинения имущественного ущерба «собственнику». В действительности же от подобного рода обманов чаще всего страдает не собственник, а кредитор.

С объективной стороны завладение имуществом или приобретение права на имущество при мошенничестве совершается путем обмана или злоупотребления доверием, в связи с чем возникают определенные сложности при квалификации злоупотреблений со сберегательными книжками на предъявителя и с автоматизированными системами обработки данных.

При предъявлении сберегательной книжки на предъявителя банк обязан произвести платеж независимо от того, вводит мошенник в заблуждение банковского служащего или нет. Применение к данному случаю нормы о мошенничестве является применением аналогии уголовного закона. Более правильной представляется квалификация неправомерного завладения сберегательной книжкой на предъявителя (ценной бумагой – соответственно прямому указанию ГК) по нормам о краже, грабеже, разбое или вымогательстве, в зависимости от способа такого завладения.

Нет     обмана     и     при      неправомерном       злоупотреблении      с автоматизированными   системами   обработки   данных  (например,  лицо оплачивает в  магазине  покупку  по  чужой,  незаконно  заимствованной кредитной  карточке). Компьютер, как и замок в сейфе, нельзя обмануть, поскольку  технические  устройства  лишены  психики.  На  наш  взгляд, побочные  действия  правильнее  квалифицировать  по норме о краже. При этом, однако, необходимо отметить,  что  предметом  кражи  традиционно считается имущество, обладающее физическими признаками, в то время как вклад  в  банке  является  правом требования и, совершая «компьютерную кражу», лицо не  завладевает  имуществом,  но  лишь  уменьшает  размер требования потерпевшего к банку.

И. Клепицкий считает, что толкование имущества как предмета кражи, охватывающее имущественное право требования, представляется весьма проблематичным в том смысле, что «оно позволит увидеть кражу в широком круге фактов неисполнения частно-правовых обязательств, не требующих наступления уголовной ответственности. Целесообразнее установить ответственность за обогащение за чужой счет путем злоупотребления с автоматизированными системами обработки данных по норме о самостоятельном преступлении (так, норма о компьютерном мошенничестве в 1987 г. была сформулирована в австрийском УК 1974 г., первоначально предполагавшем наказание подобных злоупотреблений по традиционным нормам об имущественных преступлениях)».[25]

Если мошенничество внешне выражается в частно-правовом договоре, необходимо, чтобы мошенник в момент совершения сделки и завладения имуществом или приобретения права на него не имел намерения осуществить услугу или иным образом исполнить обязательство. В данном случае налицо мошеннический обман в намерениях. А частно-правовая сделка здесь лишь внешнее проявление мошеннического приобретения права на имущество.

Мошенничество может выразиться в получении «кредита» в случае, если виновный не был намерен вернуть долг в момент совершения сделки и завладения имуществом. Оно может выразиться в «договоре поручения» или «купли-продажи», если в момент совершения сделки и завладения чужим имуществом или приобретения права на него лицо не намерено исполнить обязательство.

Если лицо в момент получения кредита намерено по возможности исполнить обязательство – мошенничества нет. При этом не требуется, чтобы лицо было уверено в том, что оно исполнит обязательство. Совершая сделку, ее участники в какой-то степени идут на риск. Но ничего преступного в этом нет. Предпринимательский риск – обычное явление в экономической сфере.

Установление обмана в намерениях на момент завладения имуществом или приобретения права на него – дело достаточно сложное, однако вполне выполнимое. Об обмане в намерениях может свидетельствовать очевидная уже в момент заключения сделки невозможность исполнения обязательства, действия после завладения имуществом и действия до завладения имуществом, направленные на облегчение уклонения от возврата долга и т.д.

Определяющий  признак,  позволяющий  отграничить  мошенничество от нарушения гражданско-правовой  обязанности,  —  намерение безвозмездно обратить  чужое  имущество,  находящееся во владении виновного, в свою собственность, а не намерение, например, отсрочить момент  возвращения этого имущества, уклониться от платежа за его использование.

За мошенничество предусмотрена уголовная (ст. 159 УК) и административная (ст. 49 КоАП) ответственность.

Административным правонарушением мошенничество является при совокупности трех условий:

1) оно представляет собой разновидность хищения;

2) размер хищения мелкий, т.е. не превышает одного минимального размера оплаты труда, установленного законодательством РФ;

3) имущество (предмет хищения) находится в государственной или общественной собственности.

При отсутствии любого из этих условий мошенничество представляет собой преступление.

Кроме стоимости похищенного учитывается также количество предметов в натуре (вес, объем) и значимость их для народного хозяйства. По этой норме наступает ответственность и за мошеннические действия, если государству или общественной организации причинен указанный ущерб в результате изъятия чужого имущества.

Ст. 49 КоАП предусматривает ответственность лишь за мелкое хищение государственного или общественного имущества. Следовательно, за любые мошеннические действия, когда предмет посягательства — собственность граждан, ответственность должна наступать по ст. 159 УК, а размер ущерба учитывается при назначении наказания либо решении вопроса о прекращении уголовного преследования.

Надо         сказать,   что   мелкое   хищение   государственного   или общественного имущества – один из распространенных видов посягательства  на собственность. Материальный ущерб, причиняемый этим правонарушением, огромен. Велик и моральный урон. При мелком  хищении, подпадающем  под  действие ст. 49 КоАП, похититель обогащается за счет государственного или  общественного  имущества  без  трудовых  затрат, распоряжается  похищенным имуществом как своим собственным: потребляет его, дарит, продает и т.д.

С субъективной стороны рассматриваемое правонарушение предполагает наличие прямого умысла и корыстной цели. При совершении мелкого хищения путем мошенничества, похититель сознает, что он совершает противоправное действие, предвидит его вредные последствия в виде материального ущерба, однако желает их наступления. Целью похитителя является незаконное, с корыстной целью, обращение имущества в свою пользу или в пользу других лиц.

 

Заключение

 

Мошенничество – это форма хищения, получившая весьма широкое  распространение в условиях рыночной экономики и свободы предпринимательской деятельности. И, прежде всего, это связано с появлением новых его видов, ранее не известных российскому уголовному праву. В связи с принятием нового Уголовного кодекса, нововведения коснулись и состава мошенничества. Все эти вопросы  еще требуют тщательного изучения и дальнейшего осмысления.

Судебная практика свидетельствует о том, что неоднозначно решается вопрос о правовой природе обмана и злоупотребления доверием. Одни и те же действия квалифицируются и как преступление – мошенничество, и как нарушение гражданско-правовых договоров.

Определяющий признак, позволяющий отграничить мошенничество от нарушения гражданско-правовой обязанности, — намерение безвозмездно обратить чужое имущество, находящееся во владении виновного, в свою собственность.

Фактической         предпосылкой,   причиной   неправомерного  перехода имущества из владения или ведении собственника или иного уполномоченного  лица в незаконное владение виновного является обман, выступающий способом мошеннического завладения имуществом.

Мошеннический обман касается только тех фактических обстоятельств, которые порождают у собственника или законного владельца имущества иллюзию о наличии законных оснований для передачи имущества виновному. Иной обман, который служит средством не непосредственного завладения имуществом, а, например, облегчения доступа к нему, не является основанием для квалификации деяния как мошенничества.

С помощью обмана коммерсанты добиваются создания лжефирм, открытия счетов в банках, предоставления кредитов, в том числе на льготных условиях; получение по поддельным документам товаров; продажи не принадлежащего им имущества.

Хотелось бы отметить, что мошенничество проникло в очень многие сферы деятельности человека. Особенно часто встречаются мошеннические преступления в частном предпринимательстве и в сфере функционирования транспорта. На объектах транспорта, например, встречаются как классические виды мошенничества, так и обусловленные особенностями «жизни на колесах» разновидности. Нередко мошеннику помогает сама жертва, страдающая излишней доверчивостью, граничащей порой с наивностью. Обманутый, сознавая собственную оплошность, а нередко и предосудительность своего поведения, предшествующего обману или злоупотреблению доверием, принимает на себя часть вины мошенника, а значит, не всегда спешит в милицию, чтобы сделать заявление.

Многие способы присвоения чужого имущества на Западе известны уже многие десятилетия и наши российские мошенники по сути не придумали ничего нового.

В наше время, когда Россию прямо-таки захлестывает волна мошеннических преступлений и их разоблачений (правда, почему-то без серьезных судебных последствий для мошенников), проблема предупреждения мошенничества может решаться лишь при двух условиях.

Первое – организации серьезных (масштабных) научных исследований мошенничества и его специфических проявлений в России с ее особым российским менталитетом.

Второе условие относится к подготовке и переподготовке кадров, способных успешно действовать по правилам рыночной экономики.

Список использованной литературы

I Нормативно-правовые акты

1        Конституция Российской Федерации: Научно-практический комментарий /Под ред. Б. Н. Топорнина. М.: Юристъ, 1997.

2        Уголовный кодекс Российской Федерации. М.: Норма, 2004.

3        Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. М.: Юрайт, 2002.

4        Федеральный закон Российской Федерации от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» //http://www.rg.ru/2003/12/16/kodeks.html

5         Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» //Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7.

II Научная литература

6        Безверхов А.  Развитие понятия мошенничества в отечественном праве //Уголовное право. 2001. № 4.

7        Ветров Н.И. Уголовное право. Общая и особенная часть. М.: 1999.

8        Гаухман Л. Д., Максимов С. В. Ответственность за преступления против собственности. М.: 2001.

9        Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Уголовная ответственность за преступления в сфере экономики. М.: 1996.

10    Гаухман Л.Д. Объект преступления: Лекция. М.: Академия МВД РФ, 1992.

11    Жариков Е. Мошенничество в бизнесе //Управление персоналом. 2000. № 3.

12    Завидов Б. Д, Гусев О. Б., Коротков А. П. Преступления в сфере экономики: Уголовно-правовой анализ и квалификация. М.: 2001.

13    Клепицкий И. Мошенничество и правонарушения гражданско-правового характера //Законность. 1995.  № 7.

14    Кравец Ю. Отграничение лжепредпринимательства от мошенничества //Уголовное право. 2003. № 3.

15    Кудрявцева В.Н., Наумова А.В. Уголовное право России. М.: 1999.

16    Лимонов В. Понятие мошенничества //Законность. 1997. № 11.

17    Лимонов В.П. Уголовно правовая оценка мошенничества //Журнал российского права.  № 12.

18    Мельников А. Мошенничество // Законность. 2002. № 6.

19    Мельцев В. Ответственность за неправомерное завладение имуществом //Законность.1995. № 2.

20    Мысловский Е. Внимание: «Кидал-инвест»: (Нетрадиционные формы мошенничества и растраты). М.: 1996.

21    Петухов Б.В. Проблемы квалификации преступных деяний: отграничение мошенничества от смежных составов преступлений и иных правонарушений //Адвокатская практика. 2004. № 2.

22    Научно-практический комментарий к УК РФ /Под ред. П.Н. Панченко.  Нижний Новгород, 1996.

23    Тенчов Э. С. Квалификация  преступлений против собственности //Законность. 1991. № 4.

24    Уголовное право. Особенная часть //Под ред. И.Я. Казаченко, З.А.  Незнамова, Г.П. Новоселов. М.: Норма, 2001.

25    Уголовно-правовой анализ мошенничества //Адвокат. 2002. № 6.

26    Щепалов С. Мошенничество – это умышленное причинение имущественного ущерба //Российская  юстиция. 2003. № 1.

27    Шахкелдов Ф.Г. Ответственность за мошенничество, лжепредпринимательство и незаконное получение кредита по новому Уголовному кодексу //Юрист. 1998. № 5.  С.  2 – 5.

28    Юрин В. Как установить умысел мошенника //Российская юстиция. 2002. № 9.

29    Яни П.С. Преступное посягательство на имущество //Законодательство. 1998. № 9-10.

30    Горелов А. Незаконное предпринимательство и мошенничество //Законность. 2004. № 3.

 


[1] Щепалов С. Мошенничество – это умышленное причинение имущественного ущерба //Российская  юстиция. 2003. № 1. С. 60 – 62.

[2] Мельников А. Мошенничество // Законность. 2002. № 6. С. 33 – 34.

[3] Безверхов А.  Развитие понятия мошенничества в отечественном праве //Уголовное право. 2001. № 4. С. 9-12.

[4] Гаухман Л. Д., Максимов С. В. Ответственность за преступления против собственности. М.: 2001.

[5] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» //Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7. С. 2.

[6] Кудрявцева В.Н., Наумова А.В. Уголовное право России. М.: 1999. С. 138.

[7] Научно-практический комментарий к УК РФ /Под ред. П.Н. Панченко.  Нижний Новгород, 1996. С. 414.

[8] Лимонов В. Понятие мошенничества //Законность. 1997. № 11. С. 41.

4 Клепицкий И. Мошенничество и правонарушения гражданско-правового характера //Законность. 1995.  № 7. С. 42.

5 Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Уголовная ответственность за преступления в сфере экономики. М.: 1996.  С. 64.

6 Мысловский Е. Внимание: «Кидал-инвест»: (Нетрадиционные формы мошенничества и растраты). М.: 1996. С. 16-17.

[9]  Гаухман Л.Д. Объект преступления: Лекция. М.: Академия МВД РФ, 1992. С. 20.

 

[10] Гаухман Л. Д., Максимов Л. Д. Указ. соч. С. 64.

[11] Уголовное право. Особенная часть //Под ред. И.Я. Казаченко, З.А.  Незнамова, Г.П. Новоселов. М.: Норма, 2001. С. 284.

[12] Жариков Е. Мошенничество в бизнесе //Управление персоналом. 2000. № 3. С. 40.

[13] Ветров Н.И. Уголовное право. Общая и особенная часть. М.: 1999. С. 31-32.

[14] Мельцев В. Ответственность за неправомерное завладение имуществом //Законность.1995. № 2. С. 7.

[15]  Тенчов Э. С. Квалификация  преступлений против собственности //Законность. 1991. № 4. С. 41.

[16] Щепалов С. Указ. соч. С. 60 – 62.

[17] Юрин В. Как установить умысел мошенника //Российская юстиция. 2002. № 9. С. 58 – 59.

[18] Федеральный закон Российской Федерации от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» // http://www.rg.ru/2003/12/16/kodeks.html

[19] Завидов Б. Д, Гусев О. Б., Коротков А. П. Преступления в сфере экономики: Уголовно-правовой анализ и квалификация. М.: 2001. С. 224.

[20] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. № 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» //Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 7. С. 2.

[21] Петухов Б.В. Проблемы квалификации преступных деяний: отграничение мошенничества от смежных составов преступлений и иных правонарушений //Адвокатская практика. 2004. № 2. С. 22 – 24.

[22] Лимонов В.П. Уголовно правовая оценка мошенничества //Журнал российского права.  № 12. С. 80.

[23] Яни П.С. Преступное посягательство на имущество //Законодательство. 1998. № 9-10.

[24] Шахкелдов Ф.Г. Ответственность за мошенничество, лжепредпринимательство и незаконное получение кредита по новому Уголовному кодексу //Юрист. 1998. № 5.  С.  2 – 5.

[25] Клепицкий И. Указ. соч. С. 42-43.

 

Рубрика Дипломные работы and tagged . Bookmark the permalink. Follow any comments here with the RSS feed for this post. Post a comment or leave a trackback.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Your email address will never be published.